Принято считать, что любая нормальная девушка, увидев заветные две полоски на тесте на беременность, должна рыдать от счастья. Но так происходит только в идеальном мире. А в реальности реакция может быть самой разной. О том, что на самом деле чувствует женщина, и каково это — полностью поменять свою жизнь и впустить в нее маленького человечка, нам откровенно и без купюр рассказала петрозаводчанка Алла.

Моя реакция на положительный тест на беременность была, как позднее выяснилось, такой же, как у многих женщин: «Да это ошибка!» Я сделала еще два и только тогда поверила. Не то чтобы мы с мужем не хотели детей, но в тот момент пока не планировали: хотелось встать на ноги, еще немного пожить для себя. Знаю, что некоторые женщины, узнав о том, что они в положении, плачут от счастья, но это однозначно был не мой вариант. Однако муж, услышав новость, глубокомысленно заявил: «Ладно, появится еще один смысл жизни».

Но до обретения нового смысла жизни было еще далеко, а пока что начал разворачиваться сценарий под названием «Жизнь беременной женщины». К сожалению, мне не повезло, и вскоре я попала в гинекологию с угрозой выкидыша. Принимавшая меня добрая тетя бодро предложила: «Так, может, сразу на чистку? Все равно этим дело закончится!» «Нет, — ответила я, — давайте сохранять». К счастью, после одного укола все нормализовалось! Правда потом меня долго мурыжили сомнениями «беременна-не беременна» (как на ромашке гадали), пугали диагнозом «замершая беременность» и наконец отпустили, посоветовав добиться направления в дневной стационар, что я и сделала, существенно преувеличив некоторые симптомы своей «болезни».

Дневной стационар — штука очень хорошая: ты ночуешь дома, не ходишь на работу, получаешь необходимые процедуры, лежишь на кровати и болтаешь с соседками — в общем, ничего не делаешь. Когда я поинтересовалась у доктора, в чем основной смысл посещения стационара, она ответила: «Чтобы вы, женщины, не убивались на работе, не занимались домашним хозяйством, а отдыхали». Кстати, хорошо, что большинство анализов мне сделали именно в дневном стационаре, потому что эта беготня и бесконечное сидение в очередях способны довести до белого каления и может возникнуть чувство, что твоя кровь и, я извиняюсь, моча ценнее всех продуктов в мире.

О токсикозе при беременности наслышаны все: когда живешь в обнимку с унитазом и первые три месяца сидишь на одних сухарях. Так вот: у меня случился «токсикоз наоборот» — мне все время хотелось есть. Я могла без проблем умять тазик винегрета, слопать половину курицы. Я ела соленое, острое, все, что хотела. Вспоминаю, как моя подруга, родившая спустя три года после меня, стенала: «Как я хочу пить!» Я говорила: «Так пей». А она отвечала: «Я уже выпила дневную норму». Я с этим делом не заморачивалась и жаждой себя не истязала.

Когда у меня как-то в одночасье появился живот, я испытала некоторые психологические проблемы, потому что всегда была очень стройной, а тут перестала влезать буквально во все. Но потом плюнула, решив, что это единственное время, когда ты преспокойно можешь позволить себе быть толстой!

Когда ребенок начинает шевелиться — это в самом деле незабываемые ощущения. Думаю, кто-то читал, как трепетно к этому моменту относятся не только будущие матери, но и отцы. Так вот: мой муж, когда я предложила ему положить руку на мой колыхнувшийся живот, сделал это с дико испуганным видом, а потом выдал: «Ужас какой! Прямо, как в фильме «Чужие»!» А когда мы на выходные поехали в Питер, предложил в том числе сходить на «ужастик», сказав «пошли зародыша пугать». Признаюсь, что в эти моменты я серьезно усомнилась в его отцовской профпригодности.

Хочу сказать: «Дорогие будущие мамы! Выйдя в декрет, не валяйте дурака»! Хотя нет, наоборот: «Валяйте дурака на всю катушку! Спите, отдыхайте, гуляйте, читайте, ходите в кино и театр, занимайтесь собой, потому что потом у кого-то из вас, возможно, не будет на это времени. А вот насчет сидения на «мамских» форумах сомневаюсь, потому от них у меня едва не случилось то, что бывает у беременных при «нормальном» токсикозе! Сто раз увидев на первой же странице слово «сися», я ушла оттуда навсегда. Не читала и медицинских книг и никому не советую: диагноз себе вы однозначно поставите, а вот «вылечиться» едва ли сможете! То же и про врачей: пугают — не пугайтесь, а изначально «делите на два».

Мне было показано «кесарево», и когда меня спросили, не желаю ли я эпидуральную анестезию, я ответила: «Лучше сразу зарежьте!» Тем не менее во время общего наркоза я проснулась! Никого не хочу винить: почему-то это случилось тогда, когда ребенка, как говорится, извлекали на Божий свет, и длилось, возможно, какие-то секунды. Однако же ощущения я запомнила на всю жизнь. Я будто была заперта в некоем неподвижном футляре: душа отдельно, тело — отдельно. И у меня не было возможности дать знать, что я проснулась, потому что я не могла ни пошевелиться, ни открыть глаза, при этом испытывала реальную боль. К счастью, медики вновь дали мне наркоз, и я заснула. Кстати, о весе: после соблюдаемой послеоперационной диеты от набранных за время беременности 85 кг во мне осталось 49!

В послеродовом отделении едва ли не в туалетах висели призывы к «кормлению по требованию», то есть при любом писке или движении ребенка надо было давать ему грудь. Мой сын изначально был «искусственником», потому выбора у меня не было — бутылочку каждые пять минут готовить не будешь. Я это делала через три часа и хочу отметить: режим все-таки есть режим, не все, что было придумано в советские годы, так уж плохо. Мои подруги по роддому без конца кормили! То пять минут пососал, то двадцать и чуть не каждые полчаса. Быть столь привязанной к пресловутой «сисе» у меня не возникало абсолютно никакого желания.

Умудренные опытом подруги сразу напутствовали: мужу расслабляться не давай, это и его ребенок. В результате, просыпаясь ночью, я меняла памперс, а супруг готовил смесь. У кого-то дети спят, а наш «новый смысл жизни» первые два месяца беспрерывно орал! Муж отсыпался в офисе, положив голову на стол, а я, гуляя днем по улицам с коляской, начала понимать, как бывает, когда голова спит, а ноги идут. Не могу не заметить, что таскание колясок вверх-вниз по лестницам совсем не на пользу женщинам, что после операции, что после естественных родов, так что хорошо, что мы живем хотя бы на втором. Что касается отдыха: посещение парикмахерской, когда я могла расслабиться в кресле, стало для меня раем, а вечернее стояние под душем, после того, как супруг приходил с работы и временно «заступал», истинным блаженством.

Кто-то скажет: «Про любовь к ребенку — ни слова!» На мой взгляд, те, кто якобы рыдают от счастья, увидев своего малыша, и тут же воспылают любовью к нему, то ли грешат красным словцом или уж какие-то слишком чувствительные натуры. На самом деле сочетание глобального изменения образа жизни едва ли влечет за собой сугубо положительный настрой. «Ой, раньше я спала, а теперь не сплю! Ходила в гости к подругам, а сейчас не хватает времени кому-то позвонить! Какая радость!» Так что ли?! По-настоящему я полюбила сына только тогда, когда мне стало с ним интересно и он начал проявлять черты личности. А до этого, скорее, был просто уход. Хотя, конечно же, у кого как.

Одна из моих знакомых была в шоке, узнав, что я не кипячу бутылочки, купаю ребенка в обычной воде и не глажу детское белье с двух сторон. Да у меня просто не было времени для такой ерунды! Бутылочки мыла «ершиком», а белье, извините, иногда и не гладила. Вопросами гигиены я вообще заморачивалась не слишком сильно. Помня, что «быстро поднятое не является уроненным», однажды, к вящему ужасу какой-то бабушки, подала сыну пирожок, который выпал из его рук на траву.

Еще у нас есть собака породы хаски, которую очень взволновало появление ребенка. Родители мужа немедленно заявили: «Собаку надо отдать! Аллергия, шерсть, да и мало ли какой заразы она принесет с улицы. В Чалне есть питомник хаски, можно туда отвезти». Я категорически воспротивилась. Что значит, отдать? Захотели — взяли, захотели — отвезли к чужим людям? Мы стали приучать ребенка и собаку друг к другу, позволяли Дарки обнюхивать Дениса, а сыну — трогать животное. В результате сейчас они не разлей вода и никакой аллергии!

Отдельно про народные советы. Не думаю, что к ним не стоит прислушиваться: порой люди снабдят такой информацией, какую не получишь ни от одного специалиста! Но вот моя девяностолетняя бабушка выдала следующее: «Ребенок должен быть запеленат так же крепко, как мумия Тутанхамона! Думаешь, для чего раньше так пеленали? Чтобы ноги были ровными. И чепчики надевали и туго завязывали, а то, смотри, сколько сейчас лопоухих детей! А вот отчего соседский Вовка ходит враскорячку? Потому что его родители злоупотребляли памперсами!» Учитывая, что «соседскому Вовке» под шестьдесят, его родители и слова-то такого, как «памперс», не знали.

Среди многих знакомых мне мамочек шло какое-то негласное соревнование: чей ребенок умнее. Коронная фраза звучала так: «Мой ребенок научился говорить раньше, чем ходить!» Или еще: «Мой-то в год в компьютере разбирается лучше, чем я». Мне всегда хотелось сказать: «Горшок сначала освойте, а потом уже можно приниматься за что-то более сложное. А вместо того чтобы петь песни и читать книжки и показывать картинки, сразу суньте младенцу в кроватку планшет — без проблем получите достойный продукт нашего времени».

Когда Денису исполнилось три года, мне удалось устроить его в детский сад, и вышла на работу. По профессии я бухгалтер, но если честно, с трудом вспоминала, сколько будет дважды два, и только тогда осознала, что с рождением ребенка жила словно бы на другой планете, в мире других забот и реалий.

Дети, конечно же, требуют жертв, забирают много энергии, но и в самом деле наполняют жизнь новым смыслом. К слову, папа с его «ужастиками» оказался очень хорошим папой — пока что все заданные уровни прошел. В детском саду Денис, как и все дети, случается, болеет, и мои листки нетрудоспособности порой вызывают некоторое недовольство коллектива, но я стараюсь не брать это в голову: дело житейское. Как, впрочем, и все остальное.